Рубрики
Разное

О повести Сергея Довлатова “Заповедник”

Сергей Довлатов

Это рассказ о “непризнанном гении”, о коротком периоде жизни в стиле “по течению” и его решительных, но скоротечных попытках не пить. Что ни гений, то алкоголик.

События происходят на фоне блеклого заката СССР. Главный герой Борис Алиханов – непризнанный писака. После очередной ссоры с женой он устраивается в музей-заповедник Пушкина на подработку экскурсоводом. Здесь ленинградский интеллигентишка ныряет в изысканную атмосферу культа любви к Пушкину и знакомится с местными колоритами. Неожиданно к нему приезжает жена, непривычно-доброжелательная, и предлагает уехать с ней в Америку. С ней уезжает также их совместная дочь-подросток. Борис отказывается, сославшись на чужой язык за бугром и дискомфорт в связи с этим. После ее отъезда он начинает пьянствовать до белой горячки, о чем написано довольно профессионально, со знанием дела.

«Государственный мемориальный историко-литературный и природно-ландшафтный музей-заповедник А. С. Пушкина «Михайловское». Один из домов комплекса

Автор Сергей Довлатов – негромкий, но тонкий писатель. Язык его простой, на уровне деревенской интеллигенции. Это не значит, что простой до неприличия, но – без лишнего нагромождения. Легко читать, легко понимать. Простые вещи описывает глубоко и лаконично. Наверное, это и есть лучшее проявление языка. Его тонкий и не злобный сарказм вызывает улыбку.

Запомнилась трогательная сцена расставания с женой Татьяной. Точнее несколько сцен. Можно сказать – эпизод. В процессе чтения не было никакого желания занять сторону главного героя, хотя бы из мужской солидарности. Вел он себя точно так, как и жил – по течению, что выливается в неприятный эгоизм, если сближаться с таким человеком по жизни. 

Его жена хотела поговорить, но Бориса не интересовал разговор с ней. Он думал только о том, как бы затащить ее в постель напоследок. Она старалась сохранять позитив несмотря на глубоко провинциальную обстановку, негигиеничность, неотзывчивость мужа. Уже почти бывшего. Довлатов пишет портрет Тани изысканно, с долей любования, хотя нигде не описывает подробности ее внешности. Во всем она более правильная, чем главный герой. Проехавшись иронией по всем персонажам, Довлатов оставляет Таню нетронутой. Вполне возможно, что это образ его жены, Елены Ритман, которая точно так же уехала в Америку. Ее тянула новая жизнь, неважно, плохая она будет или хорошая, но другая. А он оставался на родине, хотя никому не нужен. Их чувства затухли, и оба понимали, что расставание – это вопрос времени.

В повести наглядно прорисовано мышление пьющих людей. Автор инстинктивно выделяет их, словно кошка видит только мышей, а все остальное отфильтровывает или награждает поверхностным вниманием. Хотя нигде не поёт им дифирамбы, и относится с юморком. Но все же чувствуется – свои. Их образ жизни – это пассивное существование и перекладывание вины на многочисленные обстоятельства. И ни одного веского аргумента в защиту такого образа жизни.

Повесть содержит ироничные наблюдения о любви к Пушкину. Здесь Довлатов также знаток, поскольку два сезона работал в музее-заповеднике. 

“Все обожают Пушкина. И свою любовь к Пушкину. И любовь к своей любви…” эти слова вложены в уста сотрудницы, но подмечено массовое обывательское отношение к гению. Обожание Пушкина – понятно. Его творчество говорит само за себя. Но обожание своей любви к Пушкину! Здесь объектом преклонения выступает уже не сам Пушкин и не его творчество, а собственная любовь к поэту. “Я обожаю то, что я люблю Пушкина”. Человек, открыто выставляющий свою любовь к Пушкину, наслаждающийся любовью к Пушкину, словно ставит себя в разряд интеллигенции и элиты. Лишь некая утонченность восприятия позволяет им быть на одной волне с великим гением. Ведь любить, значит понимать. Значит в их возвышенной душе возвышенные же слова поэта находят самый благодарный отклик, рождает те самые флюиды, которые имел гений при сотворении шедевров. Это ли не индикатор собственной образованности и интеллектуального статуса? Ну а то, что посетители музея-заповедника обожают  “… любовь к своей любви…”, это еще более индивидуалистское направление любви, любовь к самому себе за то, что любишь Пушкина. Такое возвышение себя на фоне ясного облика гения. Безусловно, из поэта давно сделали идола. Но… людям нужны объекты восхищения.

Кто эти возвышенные посетители заповедника? Учителя, библиотекари, преподаватели университетов, интеллигенция и просто люди, в чьем сердце находят гавань пушкинские строки. Наверное нельзя столь саркастически глумиться над их любовью к Пушкину, как это делает Довлатов, но надо отдать ему должное в точном описании явления с этой стороны.